Камешковским районным судом рассмотрен иск жительницы района о признании её фактическим воспитателем погибшего военнослужащего и признании права на получение выплат и компенсаций, причитающихся членам семьи погибшего военнослужащего.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что истец с 21.08.1992 по 02.01.1998, то есть до совершеннолетия военнослужащего, погибшего в зоне СВО, являлась его фактическим воспитателем.

Выводы суда основаны на исследованных в ходе судебного заседания доказательствах: дела об установлении опеки над несовершеннолетним ребенком; характеристик и иных документов из образовательных организаций; показаний свидетелей; фотографий; личной переписки военнослужащего и опекуна.

Так, до совершеннолетия, будущий военнослужащий жил в семье истца наряду с её родными детьми, обучался в школе, опекун несла расходы на его содержание, занималась его воспитанием. После окончания школы прошел срочную службу в Вооруженных силах РФ, вернулся, а потом стал проживать отдельно, но связь с фактическим воспитателем не терял.

При этом после смерти военнослужащего в мерах социальной поддержки истцу было отказано.

Своим решением суд восстановил права фактического воспитателя военнослужащего на получение мер социальной поддержки.